– А что, во имя космоса, делать ему на Азонде?

Она как-то странно посмотрела на Барсака.

– Вы именно это имеете в виду? Без всяких там задних мыслей? Это абсолютно честно? Нет. Вы хотите подразнить, а потом подловить меня.

Дудки, попробуйте-ка только подразнить меня.

Глаза ее, оживившиеся на какое-то мгновение, снова потускнели, плечи опустились.

Барсак схватил девушку за руку.

– Здесь, на Глаурусе, я чужестранец. Я абсолютно ничего не знаю об Азонде. И я хочу разыскать Зигмунна. Для него появилось место среди членов моего корабля, если он, разумеется, захочет его занять. Через пять дней мы трогаемся в направлении звезд дальнего свода Галактики. Скажите мне: что он делает на Азонде? Или это все какой-то нелепый розыгрыш?

– Вы явились сюда, – спокойно произнесла девушка, – с опозданием на три недели со своим местом на корабле для него. Забудьте о нем.

Возвращайтесь к себе на корабль и прекратите всякие поиски.

Он больно сдавил ей руку.

– Так вы скажете, где он?

Она побледнела, и он несколько ослабил хватку.

– Еще одну рюмку, – взмолилась девушка.

Барсак пожал плечами и заказал для нее выпивку. Она быстро опрокинула и эту рюмку и начала не спеша:

– Азонда – центр культа Волшебницы. Три недели тому назад Зигмунн присоединился к приверженцам этого культа. Меня также приглашали, но я отвергла это предложение, поскольку еще не настолько низко пала… Пока.

Он же, деваться некуда, присоединился. И сейчас он как раз на Азонде, где проходят обряд посвящения. И поклонения Волшебнице. Мне не хочется говорить обо всем этом здесь, в баре. Если вам хочется узнать больше, давайте поднимемся ко мне в комнату.

2

Комната девушки оказалась чистенькой, хорошо ухоженной, несмотря даже на то, что само здание было очень старым. Мебели в ней было совсем немного: дешевое кресло, небольшая конторка, видеоустановка и кровать, ширина которой была достаточна для двоих. Барсак беспрекословно следовал за нею, думая о Зигмунне, не переставая гадать, в какую все-таки переделку попал нынче луаспарец.